Исламский клуб

English English

Яндекс цитирования
Клуб исламских исследований (Исламский клуб)

Я пожалела тысячу раз, если вообще можно измерить разами ту степень лени и нежелания заниматься тем, что мне поручили, - итак, я неоднократно пожалела, что пошла ... в Исламский клуб.

Впрочем, на самом деле он называется по-другому. Минуточку... Как же он его называл? Он - это Ренат Беккин, руководитель этой непонятной организации с непонятным названием, еще более непонятными целями и неопределенным составом участников.

Ах, да! У них же есть сборник, на нем указано их полное наименование. Молодцы ребята! Выпускают сборник студенческих работ под названием "Ислам: экономика, политика, право". Выпросила у него вчера эту книжицу - зачем? Все равно не буду ее читать... Ладно, пусть будет - на память. Может, и прочту когда-нибудь, но не сейчас. После.

Так как же он называется?.. Клуб исламских исследований, в скобочках - Исламский клуб при кафедре языков... Длинное название. Видно, плохо работает их PR-служба!..

Восемь часов вечера. Пора. Дверь. Стучу.

- Здравствуйте, вы, вероятно, Ренат?

- Да, здравствуйте!

Фу, какой он банальный! В комнате, завешанной географическими картами, что-то говорит телевизор. Смотрят "Ментов". В литровой кружке недопитый чай.

Их двое. Второй - Антон Педрилло, руководитель PR-службы клуба. Плохо работаете, господин Педрилло! Впрочем, можете не волноваться, коллега! Я ни в коем случае не претендую на ваше теплое и, конечно же, необычайно выгодное место.

По правде сказать, в комнате был еще третий человек - барышня с неопределенным цветом волос, которая курила что-то, стоя ко мне спиной и делая вид, что не замечает меня. Я упоминаю здесь о ней из простой вежливости.

Но вот мы уже в другой комнате. Это и есть Исламский клуб. На стенах плакаты, карты, флаги. Очень уютно. На столе печатная машинка из давних времен. По стенам напротив друг друга висят полки с книгами. Есть здесь и ибн Абдель Ваххаб, и Насер, и Палестинский сборник, но больше всего книг по мусульманскому праву. Ну и, конечно же, Кораны. Какой исламский клуб без Коранов! Саблуков, Богуславский, Крачковский, Порохова, Османов. Есть даже перевод, выполненный Эльмиром Кулиевым, и изданный ваххабитским издательством "Бадр".

Ренат, кстати, очень уважительно относится к идеям ваххабизма:

- В теории они правы! Очень многие течения ислама так далеко отошли от столпов веры, что больше походят на языческие культы, чем на ислам. Другое дело, что не все нормы, на строгом исполнении которых настаивают ваххабиты, сохраняют то же значение, которое они имели прежде, ибо изменилось время, место и обстоятельства возникновения данных норм. Некоторые положения, приемлемые во времена Пророка или при жизни ибн Абдель Ваххаба, теперь потеряли свою актуальность, и буквальное следование им может нанести вред мусульманской общине.

Вообще, если и можно в чем-то упрекнуть Рената, то отнюдь не в отсутствии ума. А еще он до невозможности обаятелен. Мы общались с ним около трех часов, и я не пожалела ни об одной секунде проведенного с ним времени. Человек, напичканный недюжинными знаниями, он не выливает вам их на голову как корзинку с помоями, а вдохновенно, не загружая и не давя интеллектом, хорошо поставленным голосом излагает перед вами... А почему, собственно, перед вами? Может быть, только передо мной, а с другими все по-другому? Да нет, думаю, он со всеми так. Приятно видеть увлеченного человека!

Меня удивило то, что в Клубе из 41 участника (Ренат скромно считает себя сорок первым) относят себя к мусульманам. Все остальные - люди разных верований, которых объединяет общий интерес к изучению ислама. Круг интересов Клуба настолько широк, что в рамках петербургского филиала КИИ действует секция гебраистики, куда входят те, кто интересуется еврейской культурой.

Вот это уже совсем удивительно - еврейская секция Исламского клуба! Звучит как злая шутка.

- Ничего удивительного, - отвечает Ренат. - Еврейская и арабские культуры, как известно, настолько родственны друг другу, что их изучение в рамках одной организации представляется мне совершенно логичным. Руководителем секции является Леонид Маркович. Маркович - это фамилия. Секция действует, в основном, в Петербурге. Огромную помощь в ее деятельности оказывает Петербургский Институт востоковедения. У клуба давняя дружба с замечательными учеными-востоковедами из Петербурга: С.М. Прозоровым, Е.А. Резваном, М.Б. Пиотровским.

Есть в Клубе и арабская секция, специализирующаяся на изучении арабской культуры. Действует она в Москве и состоит, в основном, из студентов младших курсов МГИМО - молодых волков, рвущихся к вершинам знаний.

Вызывает восхищение форма работы клуба. Все встречи участников Клуба проходят четко и слаженно, без лишнего шума и пыли. "Сарафанное радио" работает безотказно, и дабы лишний раз не привлекать к себе внимания, Клуб предпочитает не вешать объявления о своих встречах.

- Мы вешаем объявления, если проводим что-нибудь в институте, - например, лекцию, рассчитанную на большую аудиторию. Но, как правило, мы собираемся в помещении Клуба, чтобы в неформальной обстановке поговорить о вопросах, входящих в нашу компетенцию. Готовим свою газету (выходит на 8 полосах тиражом 40000 экземпляров). Редактируем сборник.

- Это тот самый?

- Тот самый.

- Надо будет прочитать.

- Прочитайте.

Через неделю звонок по телефону. Ренат. Что ему еще надо?

Приглашает на встречу с директором ваххабитского издательства. Зачем? Ах, да! Я же сама попросила его сообщать обо всех интересных мероприятиях в Клубе. Изъявила желание участвовать в них. Я уже и забыла, а он помнит, щучий сын!

Итак, завтра в шесть часов вечера в Клубе. Хорошо! Пока.

На следующий день. На улице лед со снегом. В голове один вопрос: зачем? Немного страшно. Какой-то ваххабит.

Нет, не хочу. Сейчас зайду, скажу: извини, брат, но я не могу. Прямо так и скажу: не могу! Зайду к подругам, поем у них и пойду домой.

Мы разговаривали больше четырех часов. Про ислам, про Клуб и просто, про жизнь.

А к ваххабиту мы так и не пошли. Я сказала, что прежде, чем идти, мне нужно хотя бы узнать поподробнее, что такое ваххабизм и откуда у него растут ноги.

Ренат мне все объяснил. Так подробно и интересно, что я подумала: а зачем мне идти к ваххабиту? Вряд ли эта встреча будет для меня интересней, чем беседа с Ренатом. Ведь после знакомства с этим чудесным человеком ислам у меня стал ассоциироваться исключительно с ним. Можно сказать, что Ренат и есть для меня ислам. А может быть, даже нечто большее...

вернуться
(C) Ренат Беккин, 2004 - 2013